Вылепил макет и показывает центральному телевидению

Вылепил макет и показывает центральному телевидению

Не глина и не пластилин — но мякиш:
подовый хлеб чуть только из печи,
из корки твёрдой выпростав, румянишь,
намазав сливочным, размяв, — ещё харчи,
но под рукой уже бугрится место
причинное, — и трогающий хлеб,
и только он, идёт не без протеста
(коснёшься нежно — и уже окреп,
набряк, подрагивает, — значит, будет вязка!)
на Руки Падкие, на Голову и Ум
(и, очень верить хочется, Аляску:
когда-нибудь мы прирастём, и двум,
лишь двум словам достанет вящей силы,
когда ты в глобус тычешь наугад,
его сполна представить: «отхватила»
и «родина»), на губы Мамлакат
(которая, припав к Отцовской Вые,
засосы оставляет — знак любви),
на имени Владыки угловые
(что не берутся, ибо «удиви»,
мне кажется, взывают Его Губы),
на клетки стволовые (ибо Царь
живёт не одновá), на ледорубы
(которые положат на алтарь
победы нашей многие затылки).
Не из говна ж лепить! Хлебозавод
машины мчит, — и карлик из месилки,
эскизов из, из тыщи семисот
мм поднялся над Кутафьей башней,
а в бронзе — над Останкинскою (вид!!).
Пока без гениталий: стоэтажней
и бронзовéе станет — отрастит.

Иллюстрация Andrew Barkhatov / Flickr.
Иллюстрация на заставке Andrew Barkhatov / Flickr.

И не кончается строка (распоследнее)