Пушкин

Пушкин

Иногда беседовал с лакеями,
поражаясь гибкости стиха
«вот и кушать подано!»: ливреями
только что не тренькая, верха
брали веско в «подано» — и выями
упирались остро в грудь и пол,
позвоночный столб хрустел, а в выеме
ворота светился ореол
примы услужающей. Соления
запивая хлебным, не трунил —
выяснял причину отслоения
слов от слога, жеста, морды бил,
но молчали, уязвляя: «Маврою,
барин, нарядились бы, и мы
языком — да с пятернёй шершавою
под десу́ — достигли б Чухломы».

Иллюстрация Milan Čarňanský / 500px.

И не кончается строка (распоследнее)