Чаадаев

Чаадаев

В этом языке деревенеют
всякие несносные слова
из чернил, бумаги, — лишь минеи
и уставы, может быть, графа
в медальоне «бегает дворóвый»
выдыхают после вздоха «ох» —
и на клевер кислою коровой
искоса поглядывают: охр
клеверных коснуться б на равнине
с неспокойным воздухом с холмов —
да стихать велели в писанине
ради рыбьих дюжинных кормов.

Натирает палец «если хватит»:
кто-то отчеркнул, а ты води
по строке, вертись потом кровати,
пробуя засунуть в глотку, и
утром, отрезая пряди с рожи,
обливайся пóтом, передать
шёпотом пытаясь, — да поможет
зеркало: «ртом велено жевать», —
и отгонит прочь собачьи слоги
с губ рука, и рот попомнит мать.
Мы живём всё время в эпилоге:
русский знать — заранее всё знать.

Иллюстрация Alexander Timofeev / 500px.

И не кончается строка (распоследнее)