Луна упала в реку из неба надо мно.
Ужасно захотелось догнать и перегна.
Я попросил у неба, которому вольнó
ронять не только месяц, но и не скакуна,
.
но лошадь для улыбок: пусть свалится и ко,
«А я, мальчишек стайка, не убоюсь вдого,
схватив коня за гриву, ну, или за ушко,
за месяцем пуститься». И стало итого:
.
каурка для веселья пузатых малыше
из табуна бежала без лишних слов и вска
на мост по-над Окою — и прыгнула. Правше,
который уже в речке, пусть сивка и юрка,
.
вцепиться в её гриву, в два уха или в хво —
как об асфальт два пальца, тем более что на,
мальчишек захотевших совсем не меньшинство,
но стайка, а не штука. Ну а ещё волна:
.
она гнала, поднявшись, нас с лошадью восле,
а месяц был так чуток, что смог нас подожда:
за поворот к Тарусе луна в молочной мгле
реки легла на спину и позвала: «Сюда».
Ужасно захотелось догнать и перегна.
Я попросил у неба, которому вольнó
ронять не только месяц, но и не скакуна,
.
но лошадь для улыбок: пусть свалится и ко,
«А я, мальчишек стайка, не убоюсь вдого,
схватив коня за гриву, ну, или за ушко,
за месяцем пуститься». И стало итого:
.
каурка для веселья пузатых малыше
из табуна бежала без лишних слов и вска
на мост по-над Окою — и прыгнула. Правше,
который уже в речке, пусть сивка и юрка,
.
вцепиться в её гриву, в два уха или в хво —
как об асфальт два пальца, тем более что на,
мальчишек захотевших совсем не меньшинство,
но стайка, а не штука. Ну а ещё волна:
.
она гнала, поднявшись, нас с лошадью восле,
а месяц был так чуток, что смог нас подожда:
за поворот к Тарусе луна в молочной мгле
реки легла на спину и позвала: «Сюда».



























