Грех повторения
- ЗИМА
- 30.01.2026

Семь дней в ночи, семь стойких раз подряд / на лыжах, в шмотках, иногда в треухе, / когда хотелось пить, когда горят / нечеловечно трубы, губы су́хи…
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Десять нá десять, двор на двор,
семь кварталов на семь кварталов.
Сумасшедшие бьют фарфор
челюстей сумасшедших. Баллов…

Если нас кормить, кормить, кормить
просто мясом, просто тихим мясом,
воробьиным, жареным, чумазым,
отварным, сырым, нежнейшим, нить…

Звонки, звонки, под Новый год звонки.
И все такие звонкие и в ухо.
Правши звонят наотмашь и «беги», —
непрямо намекают. Следом муха…

Мы дышим? — вовсе нет, а не «нет-нет,
мы иногда, конечно же, не дышим,
но всё ещё вдохнуть не против, бед
не навлекая, впрочем: нам, не рыжим…

Пусть грянет тишина, пусть будет праздник, / весёленький такой, но чтоб балясник / не гомонил — вертелся, рот зашив, / мимически точа карандаши…
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
У женщины, которая жена,
был ридикюль (однажды стюардесса
упала с неба, ибо схарчена
полётами в условиях дюшеса…

Кроткие корóтки и бледны́,
словно дети до пяти и старше.
В ангельстве увязнув, ожжены
принесеньем жертв: в военном фарше…

В этом городе сирен,
в этих лакомых кричалках
всяк бараниной смирен,
в простокваше. Одичалых…

У мореманов с флотскими не так:
увлёкся не моряцким, но дурацким
каким-нибудь нехитрым делом — бряк
с печи́, кыш с корабля, побудь-ка штатским…

Он пьёт как все и то же, что и все,
то, что проточно, а не стало колом.
Пол наливной, что схватится, хамсе
в сентябрьском косяке, одеколону…

Любил её, изделие момента,
стоявшую в ЦПКО среди
десантников фонтана, контингента
столь с придурью, столь массового и…
Послушайте же. Вы все для меня на одно лицо, которое склонно к членовредительству и бараньим мыслям с подливом. Так уж вышло. На одно лицо, но — не отказываюсь — дети.