Весна (из Некрасова)

Весна красна, — и человек тотчас
бежит дуть сок поджатыми губами.
Вокруг гудёт низами и верхами,
чеканя ритм, зелёный перепляс,
.
и этот изумруд сметает всё,
всё прибирает, как господь: зелёным
став, лес шумит: «Чувак, пора бы клёном,
пора бы ёлкой, дубом быть, усёк?»
.
Как не усечь: берёзой? — хорошо.
Была берёза бледной — стала сочной,
по мерке вещмешка, в котором сочней…
в котором к соку сóчней, чтобы ó
.
зиме забыть до ядерной зимы,
хоть завались. И губы уже в ранке,
записке для какой-то калужанки:
«Я так тебя люблю, дурёха». И,
.
как чайник, человек налился пó
сопелку и гляделки: по ушанку,
и, сочни искусав, обрёл осанку
плакучего в кашне (или в кашпо?)
.
берёзового дерева. «Я морж?
Какой я морж — я свежая берёзка.
Листки такие клейкие, так хлёстко
о ветер хлещут, стоит мне “поморщь, —
.
шумнуть на ветер, — ну-ка, ветер, пруд”,
как ветки из ушей цепляют небо
и галок за хвосты, но не свирепо —
а нежно. Бо красна, бо изумруд».