Квашиоркор

Самый старый живой ребёнок
стар как мир, а на вид — все шесть,
от котлет на второе звонок,
не заткнуть колокольчик, «съесть, —
уверяющий визитёров, —
не способен — могу-могу
уплести не без помидоров
все битки из кукареку.
Доставайте-ка из авосек
принесённые крошке в дар
жрачку, ягоды и подносик
с лимонадом в стаканах. Пар
от котлет пусть стоит; томаты
пусть кричат: “Съешь первее нас”;
лимонады из автоматов
“Газвода” пусть себе зараз
в трёх стаканах впадают в пузо.
Мне сказали, цинга на раз
пропадает у карапуза,
если оный в жратве погряз.
Анемию томаты лечат.
Квашиóркор и лимонад,
говорят, это чёт и нечет:
пей нечётно — и будешь рад:
дистрофия пройдёт нежданно:
к ночи слёг, и её уж нет…»
Уязвим? — Это да: «Достану», —
шепчет в голос тому вослед,
кто пришёл без даров ребёнку.
После Скобровки — а смешлив:
«Детки при смерти — это тонко.
И обидно, как недолив».