Аушвиц: 15 мая 1942 года

Их починили! Вытяжку, тележку.
И к середине мая персонал
не задыхался, рыбную усмешку
не видел на стенавших, не стенал:
.
«Ах, невозможно искренне работать».
А также: не на собственном горбу
задохшихся таскал; его не похоть
«перетащу, — гнала, — и кончу»: у́
.
сотрудников ударничество взвилось,
ведь на тележку можно побросать
17 свежих трупов (комбисилос
для печки — изумительный) и кладь
.
доставить к топке и сполна, и целой,
в азарт и созидательность труда
по шею погружаясь. Ради целей!
Величественных, верных. Как всегда,
.
труба дымила славно, то есть густо,
выбрасывая в день один кагал,
клокочущий до горлового хруста:
«Рашóйм», и персонал опять дышал.