Часовой и постовой

В наших околотках это норма:
или часовой — иль на посту.
Часовые — подоплёка шторма,
постовые — гложут бересту.
Часовые охраняют мясо,
постовые, слово дав, стоят.
Часовые вéдомы с триаса,
постовые — с мела, но подряд.
Часовой несёт свой крест прибитым,
постовой блудит на поводке.
Часовой чувствителен к обидам,
постовой признателен деньге.
.
Часовой за мясо даже маму,
постовой за рваный, как дитя.
Продырявит, а потом незнамо,
спит, а мы, набрав с собой дождя.
Что творит: палит вовсю, рождая,
убегаем, чтобы с головой.
Груды мяса, ибо баю-баю,
окунуться в бочку, и конвой.
Засыпает, от ружейной пули,
не найдя грабителей дождя.
Всякий шедший мимо, «гули-гули»,
отступает, слёзками блестя.
Вдруг проворковав, на часового,
ну а мы выныриваем — нет?
Посмотрев с признательностью. Снова
забываем. Вот и весь сюжет.
.
После шторма часовой в порядке;
обернувшись дичью, постовой
вертится в прицеле: «Непонятки:
ты какой-то Коба, зайчик мой?»