Другая метель (из БГ и Пушкина)

Как твоё имя, заветная лошадь, не Коля ли?
«Коля» мне памятно: лошади Коли изволили
(каждый в упряжке — я каждого Колю спросил —
гордо кивнул и понёс, и домчал, хоть не ЗиЛ)
взять заблужденца, который плутал и озлóбиться,
и озноби́ться подумывал в междоусобице
вьюги и взбалмошных ног и расхристанных рук,
бабу лепить (!) пожелавших, когда бы не цуг,
.
восемь бегучих лошадок с метельными силами.
Тоже, собаки, кружили, но сделались милыми,
выскочив к церкви в какой-то деревне. А в той
Марья Гавриловна с обморочной бледнотой,
некая Маша, невеста, которую суженый
уж не оставил ли, с толку буранной заушиной
сбитый и вмёрзший в пространство?.. «А вот и жених, —
мне объявили. — Извольте венчаться». А штрих
.
в том, что я, встав под венец (показалось, что весело —
вдруг пожениться… Забава, увы, перевесила),
сразу же вышел наружу в другую метель:
нежную, тихую, будто попал в акварель,
и, хохотнув, подевался куда-то в раскрашенной
вьюге, в которой нельзя не пропасть, и о ряженой-
суженой вскоре забыл, смех-и-срам поборов.
Я принесу тебе ржи и букет васильков.