Понёва

Женский рай, пороховой завод,
делающий светлое покойным,
чёрным, вещью, что спокойно рвёт
столько душ, что и столетним войнам
не приснится, получил своё:
ухнул, вынув котлован Вощёва,
барышень и дамское шмотьё
закружив до страха сесть. «Понёва!» —
обмозолив трубы для светил,
юноши орут душевным матом.
Кто ходил в понёве из Людмил,
после смены характерных смятым,
но как бы то ни было лицом
больше человеческим, чем диким? —
Ритка щеголяла, мертвецом
столь летучим ставшая, и ликом
одаряла всякого, кто мог
нежным быть, а после слал открытки.
Ах, этот мальчишеский шумок:
«Есть ли в юбках хоть немного Ррритки?»