Веселье
- ЗИМА
- 04.02.2026

Как обогнуть того, кто безоткатен: зайти в репейные калашные ряды с яйцеголовым рылом и без вмятин убраться до ночлежной темноты?
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
на склоне лет на конченом плато, и хмыкнет мент: и не стакан, а треснул; седой затылок смоют, а уж что с ним сталось, никому не интересно…
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
но у любого на щеках морская сырость, в глазной дыре живой пацан, и некрасивость «Ж6 почти подбит» ты топишь просто: в ушах Шопен, а на глазах уже короста…
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Не подходи одна к окну, сумей не выбегать на берег, — тобой изводимся, ко дну несясь, не перечесть ступенек, наклонен спуск, всё на кону. Не оставляй себя одну.
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Полёживай! Твой просветлённый лик в запаснике замечен на иконах: стихийность рук, светимость лба и миг ребячества в глазищах похоронных.
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
А как же дети? Ну, конечно, дети искусством лить в коки́ль увлечены, — сбежаться тучей, грохнуть: «Сиротейте впредь без меня, болты и шатуны»?..
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Вознаградим же яблоки галопами! Даёшь арбу на яблочном ходу! Аллюром яблочным нехожеными тропами укоротим усталую версту!
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
ночь и окно, квадрат и ни зги, пишут тебя и комнату, вертят недвижимым мастерски: кажется, ты разомкнута!
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Люблю смотреть глазами австралийца, с постели тáтем сникнув, рот раскрыв: прекрасные распаренные лица, — якуты курят, а Кустодиев фальшив.
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
хорошо, что рядом зябли яблоки, синие пока что — коль июль, рукава — несносные кораблики, нюх укусом множится на нуль
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕИз неожиданно открывшейся двери выскакивает некто изумительной красоты и похожий на Анну Петровну К., валит Полтору шокером и — для верности — распыляет в его лицо газ из баллончика, ставит правую ногу на грудь упавшего и поёт: «Holding you, holding you / Loving you, loving you». И столь же стремительно покидает поле неравного боя.