Ещё (из Тютчева)
- ВЕСНА
- 31.03.2026

Дворники крыш, они ходят по самому краю. / Я узнаю их по нежности к снегу и стати. / Падают? — Валятся: ногти, грызя, обгрызаю / ногти по локоть, пока они, кротко лопатя…
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Прачка белых (белые не в силах
нижнее ли, верхнее ль стирать;
оттого в погонах при служилых
по фронтам болтается, чтоб рать…

Остаётся голос: эта детка
трёх годков, наверное, басит;
это Осип, будто этикетка
«Не поэт, но выспренний пиит»…

Даже манекенам стыдно: лица
прячут в лоске: рассмеяться вслед
за вождём трескучим — как лосниться
после пары зивертов в ответ…

Рыбба в фокусе ходила,
ноги в сеточку, а грудь
нараспашку, — со светила
свету дóлжно — в этом суть…

Сначала она думала: «Глуплю,
накручиваю, сочиняю, чушь же:
он, мальчик мой, не может быть на тлю,
на вошь, на гниду до того снаружи…

Эта планета не та,
это не та планета,
эта планета — беда,
это земля не лета…

Всё не так: и женщина не та,
и нежна во смехе так, что горько,
и в постели рядом, и «айда, —
выпевает, — милый мой, на горку…

Как много недорезанных вокруг:
без шуйцы, без десницы, без обеих;
без ног — когда нет рук уже, а друг
опять поймал на лжи, и в портупеях…

Подпрыгивая, подрыгивая ножками, / руками, крылышками их возомнив, помогая, / ей-богу, меняешься. «Телами лёжкими, — / в мертвецкой насуплено мелют, — ни эта нагая…
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Я тут одну любил… Нет, «я» излишне…
Он тут одну любил, она — его.
Они в саду вишнёвом вместе вишни
считали, перемигиваясь ó…

Коробочку открыл, а в ней — конец: / он выглядит, как хрущ-нехрущ. Июньский / жучила — á леса уже в багрец / и золото одеты; по-пластунски…
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕОставшиеся обвиняемые, широко-широко улыбаясь, кричат: «Да здравствует Педрилло Первый, Помазанник Всея!» Кричат и кричат. Улыбаются и улыбаются. А потом, когда наконец замолкают, потому что нельзя же вечно широко улыбаться и надрывно кричать, не попив хотя бы растопленного снега, кто-нибудь обязательно спрашивает у самого пожилого карательного солдатика: «Можно нам ещё поулыбаться и покричать?»