Веселье
- ЗИМА
- 04.02.2026

раздевшись, подле шариком торчали: / налив Землёю бредил, и мистрали / на обороте галлов били в дрожь; / по счастью, из незримого оконца / тёк апельсин — полуденное солнце, / и тень лимон не застила. Даёшь.
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Ибо рабочий не сука. / Клава подумала вслед. / В ботах пахать близоруко. / В мыле, а сам разодет?
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
но тоже отстают — у ледовитых / нехоженых вживую камень-вод, / и брат селькуп, согревшись под Эдиту, / тюленем смазав тучный бутерброд
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Но из него изрядно протекло, и мальчуган кричал: «Сегодня серый! Венозный — серый! Ах, не повезло — он скоро просочится в атмосферу!..»
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
кому смерти большой от поноса, о которой мечтают стада, чтоб потом прибауткой разносной «чёрт бы с ним» порешить навсегда…
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
не яблоню — у барышень внутри, что нынче величаются плодами, пилотки цвета «выйти до зари», а ты расписана вечерними мазками…
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
…но это так, приятельский отчёт о чудаке, кричащем: «Ротор-статор, наш мир — восторг, она уже идёт!» Чего б я знал, бессонный эскалатор…
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
…мы вдруг догадались: это всё; бывшее, другого не осталось, ссохшееся, впавшее в усталость, не усовестит и не снесёт…
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Утром, мама, было куда проще: ветер — дело к старости дерев; поросль клонит воздух много плоше, рощи — бодро, сосны — нараспев.
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Не фраер бог, и бабочка жива, покуда равнодушна и беспечна; задумчивость — несчастье большинства, сочувствие калечит бессердечно.
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Так побеждают дождевое время, когда секунды, полные забот, летят часами, ну а мы, юнея, живём не вдоль, а поперёк. Наоборот.
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ
Остатки гордости, вернув чужую сушу, — топтать каурыми, конечно, веселее, но и штыки во лбах ничем не хуже, — в пейзаж врастали, так оно вернее.
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕОставшиеся обвиняемые, широко-широко улыбаясь, кричат: «Да здравствует Педрилло Первый, Помазанник Всея!» Кричат и кричат. Улыбаются и улыбаются. А потом, когда наконец замолкают, потому что нельзя же вечно широко улыбаться и надрывно кричать, не попив хотя бы растопленного снега, кто-нибудь обязательно спрашивает у самого пожилого карательного солдатика: «Можно нам ещё поулыбаться и покричать?»